Дорогой коллега,

Я выбрал число 73 перед тем, как сесть за письмо. Не чтобы подбрасывать монетку, а потому что в 73‑й раз я поймал себя на том, что путаю шаблонный слог с реальной жизнью города. Когда-то я управлял эфиром на ТВ: графики, дедлайны, «креативные» брифы, которые обязаны были превратиться в минуту эфира. Потом ушёл на фриланс и начал писать сценарии для маленьких петербургских брендов — пекарен, мастерских, сервисов по ремонту обуви и кофеен, которые открываются по утрам раньше, чем люди успевают проснуться. Город научил меня слышать рекламу не как сообщение, а как музыкальную партию, где каждый фон — инструмент, а пауза — сольный проигрыш.

Пишу это письмо после нескольких съёмок на улицах, в подъездах и в полночных мастерских. Я не буду рассказывать про теорию драматургии в сухом виде. Лучше — о том, как именно шумы, шорохи и небольшие паузы из повседневности могут стать структурными маркерами в сценарии 15–60 секунд. Если ты работаешь над коммерческим роликом для поставщика услуг в регионе — слушай внимательно: город уже пишет тебе музыку, нужно только научиться под неё двигаться.

Почему шум важнее картинки

Камера показывает, а звук объясняет. На ТВ это знают давно, но многие начинающие авторы продолжают писать «диалог, кадр, логотип» и надеяться, что монтаж и звук всё исправят. На практике звук делает поворот смысла возможным: тот самый треск дверной петли может открыть контекст, которого не вместит кадр, а короткая пауза между словом и действием — дать телу зрителя возможность догадаться и откликнуться.

В Петербурге — особая библиотека шумов. Шум от дождя по крыше, гул трамвайных рельсов, шорох пакета с выпечкой в дверях киоска, невнятное «спасибо» в соседнем подъезде. Эти вещи уже знакомы аудитории; их можно использовать как «я